Куда глаза глядят: как зерновой магнат превратился в интернет-инвестора

Куда глаза глядят: как зерновой магнат превратился в интернет-инвестора

911
ПОДЕЛИТЬСЯ

Случаем макнув стильный галстук Hermes в чашку с кофе, управляющий директор инвестфонда Tiger Global Management Скотт Шлейфер сдернул его с шейки и швырнул в мусорную корзину. С той же легкостью он согласился и на условия собственного собеседника — Кирилл Подольский, владелец сервиса по продаже авиабилетов Anywayanyday, готов был реализовать 40% акций, но хотел получить не $8 млн, а $10 млн, при этом половину лично ему. «Для меня проект окупился уже в этот момент», — с ублажение говорит Подольский, вспоминая сделку 2010 года.

Для таганрогского бизнесмена, построившего зерновую компанию, выручка которой достигала когда-то $950 млн, сервис тогда был быстрее развлечением. После того как в начале 2015 года он продал все свои активы в агробизнесе,  Anywayanyday — единственный для него источник средств. Заменит ли интернет-проект зерновую империю?

 

Страда Подольского

В августе 2010 года кабинет зерновой компании Valars посетили сотрудники ФСО. Тогдашний президент Рф Дмитрий Медведев должен был провести здесь совещание по ситуации на рынке зерна — пожары и засуха убили четверть посевов. Место предложил советник президента, а сейчас вице-премьер Аркадий Дворкович — по словам Подольского, они издавна знакомы, отец Дворковича тоже родом из Таганрога.

«Он один из самых опытнейших бизнесменов в АПК, надежный товарищ и отличный яхтсмен», — охарактеризовывает Подольского Дворкович.

Но ФСО площадку забраковало: здание на крутом берегу реки Миус простреливалось с пары точек. Все переиграли в последний момент, совещание в итоге прошло прямо в таганрогском аэропорту. Подольского на встречу пригласили. 

«Ситуация томная, в ряде регионов чрезвычайная», — начал Медведев. И сказал экспортерам и сельхозпроизводителям, что правительство решило провести интервенции и запретить экспорт зерна. Эмбарго било по бизнесу Подольского, 1-го из крупнейших российских экспортеров, и владелец Valars не сдержался. Попросив слова, он выступил против регулирования рынка: нельзя запрещать экспорт и дотации от страны производителям раздавать не стоит. Медведев отреагировал резко: дескать, Подольский думает о своей компании, а ему надо кормить 142 млн человек. Дворкович же до сих пор считает, что выступление Подольского «было наилучшим»: «Считаю его очень профессиональным человеком, хотя [у него] не все выходило». Через три дня после совещания запрет вступил в силу. «Это был чрезвычайно большой удар, он выбил нас из колеи», — говорит Подольский. На встречи с управлением страны его больше не звали.

Подбирать слова и подстраиваться под начальство Подольский не привык. Он признается, что наемным менеджером за свою жизнь поработал всего полгода — у ростовского олигарха Сергея Бидаша, чья компания «Шельф» торговала продукцией Таганрогского металлургического завода. Скоро Подольский начал собственный бизнес. Познакомившись с бывшим секретарем комитета комсомола Саткинского металлургического завода Сергеем Коростелевым и его партнером Владимиром Дунаевым, он посодействовал им наладить торговлю металлопрокатом на юге страны.

В середине 1990-х партнеры скупили акции Таганрогского судоремонтного завода (по словам источника Forbes,  мама Подольского работала там главным бухгалтером). 26-летний Подольский стал гендиректором. Чуток позже партнеры создали компанию «Югтранзитсервис» (ЮТС). Как заработать на простаивающем заводе у моря? Идею подали представители американской Glencore, предложив ЮТС сдать за $1 млн местность в аренду для строительства зернового терминала. В 1999 году ЮТС выстроила его сама. «Собственный зерновой терминал был большущим преимуществом, — вспоминает Подольский. — Инфраструктуры для экспорта зерновых не было вообщем, да и конкуренции жесткой тоже».

Через пять лет ЮТС вошла в тройку огромнейших зернотрейдеров. Бывший менеджер Glencore признает, что Подольский одним из первых организовал масштабный экспорт: «Фрахтовая и трейдинговая компании у него были чрезвычайно мощные. Он первым построил вертикально интегрированный холдинг: от земли до покупателя. Большая часть останавливаются у ворот порта».

Подольскому принадлежала лишь третья часть компании. Старшие партнеры к тому времени создали «Группу Магнезит» и в управление зерновой компанией не вмешивались.

«Они давали средства, а развивал бизнес Кирилл», — говорит его знакомый.

В осеннюю пору 2006 года совместному бизнесу пришел конец. Позже Коростылев и Дунаев обвинили Подольского в покупке по завышенной стоимости агрокомплекса «Дон». Он продал собственный пакет стороннему инвестору — УК «Траском», подконтрольной обладателю Русславбанка Абдулжелилу Абдулкеримову, с которым вместе учился в радиотехническом институте. От комментариев для статьи о Подольском совладельцы «Магнезита» отказались.

В том же году Подольский начал зерновой бизнес с незапятнанного листа. «Я хуже управляю компанией в стадии монотонного роста, привык активно развивать новейший бизнес, в который заложены мои же идеи», — говорит о для себя бизнесмен. Из ЮТС в новую компанию Valars вместе с ним перебежали десятка два менеджеров. Офисы сразу открыли в России, на Украине и в Швейцарии, куда Подольский переехал совместно с семьей. По итогам 2007 года Valars по выручке опередила ЮТС. «Мы делали очень дорогие покупки, когда все было страшно дорогое — нефть, зерно и активы», — похваляется Подольский.

У ЮТС же дела шли из рук вон плохо. В ноябре 2008 года Подольский взял реванш — его Valars Group выкупила у Коростылева и Дунаева ЮТС за символическую сумму $1, взяв на себя обязательства по долгам, в частности перед Сбербанком на $200 млн.

«Амбиции можно было и поубавить, но Valars стартанул так удачно, нам казалось, что мы взяли Бога за бороду», — признает бизнесмен.

По его словам, банк обещал помочь с реструктуризацией и потому он о рисках не думал. Этот кредит по ставке 20% сыграл в крахе его бизнеса не последнюю роль.

Компания продолжала расти на заемные средства — к 2011 году Valars Group обрабатывала уже 358 000 га земли в Рф и на Украине (агробизнес выделили в отдельную компанию Valinor), обладала зерновыми терминалами в Таганроге и Азове, семью элеваторами, терминалом для перевалки нефтепродуктов. Но в 2009 году свалились цены на зерно, потом ввели эмбарго на экспорт. Выручка за 2010 год просела до $224 млн, долги перед банками превосходили ее в два раза.

Подольский планировал расплатиться с кредиторами, разместив 40% акций Valinor на Варшавской бирже. Он планировал получить от IPO не наименее $300 млн, оценивая компанию как минимум в $700 млн. Но организаторы размещения — «Тройка Диалог» и Deutsche Bank — посчитали, что она не стоит больше $500 млн, а в проспекте эмиссии тщательно описали главные риски — изменение земельного законодательства Украины и высшую долговую нагрузку. В июне 2011 года во время роуд-шоу возникли сообщения о величине госдолга Италии, рынок упал, и Подольскому даже не удалось закрыть книжку заявок от инвесторов. «Если бы он сделал IPO, он бы выскочил, — считает Сергей Потапов, гендиректор трейдинговой компании ZernoTrade. — Но у него были недлинные деньги, никто из банкиров не пошел навстречу, ему выкрутили реально руки, он был обязан фиксировать убытки, и достаточно большие». «Общественная сумма долга не больше $600 млн. Большая часть досталась от ЮТС плюс проценты, курсовые конфигурации», — уверяет Подольский.

В 2012 году агрохолдинг не сумел полностью засеять принадлежащие ему земли и начал распродавать активы. По инициативе Deutsche Bank, в залоге у которого было около 40% Valinor, в 2013 году Подольский продал 125 000 га украинских сельхозземель холдингу Ukrlandfarming Олега Бахматюка. К русским активам — 14 хозяйств Valinor Group обрабатывают 170 000 га в Ростовской области, на Ставрополье и Кубани — в начале 2014 года приценивалась АФК «Система», но до сделки дело не дошло. Источник в «Системе» подтверждает, что энтузиазм был, но покупку «сочли нецелесообразной». Были и остальные претенденты, например «Краснодарзернопродукт».

Но менеджмент Сбербанка, по словам Подольского, больше поверил холдингу «Агрокомплекс», основанному в 1991 году папой губернатора Краснодарского края Николаем Ткачевым. Сделка должна закрыться в первом квартале 2015 года.

«Я никаких средств не получу, все пойдет кредиторам», — говорит Подольский.

В Сбербанке содержание переговоров с Подольским не комментируют, но подтверждают, что сценарий урегулирования долгового спора реализовался в ноябре 2014 года «без судебных разбирательств».


В «Агрокомплексе», опосля покупки Valinor ставшем одним из крупнейших российских лендлордов — около 440 000 га, наиболее 2,5 млн т пшеницы, Forbes сообщили, что активы Подольского достались им в томном финансовом состоянии. «Чудес не бывает: два года бизнес практически не финансировался плюс большая кредитная нагрузка», — говорит топ-менеджер холдинга, отказавшийся от дальнейших комментариев. «Он, естественно, красавчик, что держится, любой другой на его месте опустил бы руки», — говорит про Подольского его давний знакомый.

Эффект бумеранга 

Сотрудники американской авиакомпании Delta вломились в столичный офис стартапа по продаже авиабилетов Anywayanyday — они подозревали компанию в мошенничестве. Новейший проект Подольского, запущенный в августе 2008 года, набирал популярность: поняв принцип работы глобальных систем бронирования билетов, позволяющий брать билеты на один и тот же рейс с территорий США и Рф по разным ценам, разработчики Anywayanyday научились продавать их дешевле остальных. «Мы постоянно искали такие лайфхаки», — вспоминает прошлый коммерческий директор Anywayanyday Алексей Дорош. Работа над проектом стартовала в конце 2007 года. 

Первых клиентов Anywayanyday получил, перенаправив гостей с сайта туристического сервиса Avantix, куда Подольский инвестировал в 2002 году через ЮТС $4 млн — ему и партнерам приглянулась идея основателей, он сам часто пользовался электронными билетами, летая к семье в Женеву. Но реализовать задуманное Avantix не смог — рынок оказался не готов. Опосля развода Подольского с партнерами по зерновому бизнесу в 2006 году Avantix остался у ЮТС, а в ноябре 2008 года обанкротился. Подольскому удалось забрать для себя домен Avantix. «С сайта Avantix разом пришло около 5000 неповторимых посетителей, которые стали стартовой клиентской базой Anywayanyday», — вспоминает Дорош. Продвигали веб-сайт и через контекстную рекламу в поисковых системах.

Подольский взял на себя денежные вопросы, а разрабатывать движок позвал команду знакомого еще по Avantix Петра Кутиса. «Расти было просто, соперников были единицы», — рассказывает Дорош. «Это до сих пор один из самых мощных брендов на рынке», — считает генеральный директор сервиса Biletix Александр Сизинцев.

Странички12
www.forbes.ru